Комментарии:Демократическая Республика Конго

Материал из «Вольной энциклопедии»
Перейти к: навигация, поиск
Это подстатья, относящаяся к стране или региону: Демократическая Республика Конго

Сюда перенесены без каких-либо изменений все объёмные комментарии к статье «Алжир» на старом сайте. Страница предназначена исключительно в справочных целях.

Комментарий Владимира Лысенко от мая 2004 г.

Визу Конго (Браззавиль) можно без особых проблем получить в Москве, но с меня взяли (за срочность, хотя я ожидал 1 неделю) 150 долларов. С визой ДРК-Заира намного сложнее. Я обхаживал дам из этого посольства более года. Они боятся, что что-нибудь с тобой случится. Я уверял их, что дальше Киншасы никуда не поеду. Стоит эта виза 100 долларов. Виза Габона тоже получается в Москве, но нужно иметь справки о куче прививок и о том, что ты не болен СПИДом. Стоит виза тоже 100 долларов. С точки зрения получения, она — средняя по сложности между Конго (Браззавилем) и Заиром.

Все три страны — полицейские (особенно ДРК-Заир), произвол полиции (в Заире — ещё и военных). Экс-советским людям хорошо лишь в Конго (Бр) — стране, ориентированной в прошлом на социализм (другие две страны ориентировались всегда на Запад, там отношение к экс-советским людям хуже).

В Конго с полицейскими можно спорить и платить им мало, чего нельзя сделать в Габоне и особенно в ДРК.

В ДРК-Заире (когда я там был в январе-феврале) был временный мир, и теплоходы (самоходные баржи) регулярно (раз в неделю) ходили между Киншасой и Кисангани. Стоит такой проезд 50 долларов (плыть 16 дней на палубе, но под тентом). В ДРК требуют деньги и полицейские, и военные, и жандармы, и спецслужба. Так что впечатление от Заира самое тоскливое. Габон приятнее, но ещё лучше Конго (Браззавиль). Там всегда и везде говори, что ты «рюс», и к тебе будет хорошее отношение. Много конголезцев учились раньше в СССР (я встретил таких 5 человек) и говорят по-русски. Проблема одна — слишком высокая стоимость визы (как говорят в посольстве Конго в Москве, должно быть персональное согласие самого посла на выдачу тебе визы, поэтому всё делается очень медленно, а в течение недели — плати 150 $).

Комментарий Сергея Лекая и Ольги Смирновой от января 2005 г.

«Услуги по проживанию или чёрная свобода!»

Спешим поведать всему миру о событиях, происшедших с нами за последние полтора месяца. Разобравшись со всеми делами, 27 ноября мы выехали из Киншасы в сторону Киквита и Замбии. 540 км асфальта, показанного на карте, заняли почти 5 суток.

Асфальт и правда кое-где был, но в основном на уровне наших голов (а ехали мы в кузове поверх многочисленного груза на высоте 5 м от земли). Машины своими 4x4 и 6x6 проездили глубокую траншею, а иногда почти туннель в дороге. Но поток неплохой, пара десятков машин в день. После восточного Конго, где поток исчислялся парой машин в год (и то не каждый), это был прогресс.

В Киквите мы вздохнули с облегчением, предвкушая отдых, еду, сон и другие блага, он не тут-то было. Первыми были секъюрити. Нас отвели к большому начальнику, попроверяли часок документы и вещи, сказали, что всё ОК и отпустили. Вторым нас отловил Иммигрэйшен (Immigration). Мы не хотели проверяться, а хотели сначала найти вписку, но, повозмущавшись, сдались. Начальник Иммигрэйшен был крайне туп. Нам предъявили стандартные обвинения: что мы солдаты, шпионы, мусульмане, террористы, наша виза просрочена и нету у нас бумаги из Киншасы. А также шеф попытался украсть фотографию моей собаки, насилу отобрали взад. Мы не очень удивились, так как в Конго проблемы с ментами бывают почти в каждом городе, а заканчиваются они, как правило, денежными вопросами: они просят — мы не даём.

В общем, у нас забрали паспорта, перерыли все шмотки и поселили в пустой комнате Иммигрэйшен офиса, где мы и прожили почти месяц. Там не было ни электричества (как и во всём городе), ни воды (она продаётся за деньги). На следующий день начальник сказал, что он позвонил в Киншасу, и нас приказали отправить обратно за наш счёт. Но счёта у нас не обнаружилось, да мы и не хотели обратно. Мы подумали, что всё само рассосётся, как это бывало ранее, в течение 2-3 дней, но это был не тот случай. Тогда я сбежал и пошёл жаловаться мэру. Мэр пообещал во всём разобраться и решить наше дело лучшим образом, а также пообещал еду, воду и другие блага. Всё это оказалось враньём. Надо сказать, что за месяц общения с начальством всех уровней, ни один из них не сказал нам ни слова правды (хотя это скорее национальная особенность, а не свойство начальства).

Нам каждый день обещали: отпустить; отправить в Киншасу на лодке, машине, самолёте; принести еду, воду, бензин и т. д. и т. п. Всё это было ложью.

Постепенно про нас начали забывать, а мы стали налаживать быт. Нам разрешили ходить по городу сначала с сопровождением, потом самим (сопровождение думало, что мы будем возить их на такси и запротестовало, мы-то ходили пешком). Еду готовили на примусе, а когда бензин кончился, мы стали жечь бумажный архив, который хранился во многих ящиках и шкафах. Его бы хватило на год, наверное. Все соседи видели, что мы жгём бумагу, но никто не додумался спросить, откуда она. Мы рассказывали всем людям, что нас безвинно арестовали, не кормят, не поят, но всем было пофиг. Нам отвечали: «Вас же не убивают, чего вы переживаете?» На что мы выдвигали идею, что, наверное, нас хотят съесть!

Тогда мы решили привлечь к нашей проблеме общественное внимание. Первое безобразие произошло у кафедрала (главного храма — прим. ред.) после воскресной службы. Мы пришли с плакатом «Au secours», что значит «Помогите» на французском, и стали просить о помощи. Собралась большая толпа, но никто не хотел въезжать в нашу проблему, люди складывали деньги в наш большой пакет и давали советы, где в Киквите лучше аскать. А мы не говорим по-французски, и не могли объяснить, что происходит. Мы прошествовали с нашим плакатом через полгорода до дома. Скандала не получилось, но бюджет пополнился. Второй раз я пошёл один к мэрии и сел с плакатом «Au secours» на парадном входе. Результат был примерно такой же. Никто и не подумал удивиться, просто клали деньги в пакет.

Третье безобразие возымело шумный успех. На мой день рождения мы с вечера принялись за дело: расписывать стены в приёмном зале Иммигрэйшена (из нашей комнаты туда был проход). Работа кипела до глубокой ночи. Мы передвигали большой шкаф, и я с него писал на потолке и верхней части стены чёрным жирным углем на русском, английском и французском языках. Ольге досталась нижняя часть стен, и писала она по-русски. Надписи были примерно следующего содержания: «ПОМОГИТЕ!», «СПАСИТЕ РАДИ БОГА!», «МЫ ТУРИСТЫ ИЗ МОСКВЫ, 2 НЕДЕЛИ УЖЕ ТУТ ОТБЫВАЕМ, БЕЗ ЕДЫ, БЕЗ ВОДЫ!», «ВО ИМЯ АЛЛАХА МИЛОСТИВОГО МИЛОСЕРДНОГО, КРОТОВ СПАСИ!», «ЗАЧЕМ ПОШЛА Я В АВП?!», «ЗДРАВСТВУЙ МОСКВА ГОВОРИТ КИКВИТ, НАУКА ПОБЕДИТ!», "АЛЛАХУ АКБАР, КОНГО ОТСТОЙ! ", «ХОЧУ ДОМОЙ!» и др. Мы остановились, когда писать уже было негде. Уголь был везде. Насилу отмывшись, мы легли спать с чувством выполненного долга. Наше творчество было приурочено также к визиту губернатора в Киквит и не могло остаться незамеченным.

Утром процесс пошёл. Я распахнул все окна и стал зазывать прохожих посмотреть, а после сел около главного входа прямо посреди дороги в грязь с плакатом «Помогите!» и пакетом для пожертвований. Все были в восторге, а начальник в дикой ярости. В Конго неповиновение властям — дело неслыханное. Просидел я недолго. Начальник лично оттащил меня в ментовку (она в соседнем доме) и хотел сдать в КПЗ, но менты испугались проблем и посадили меня на улице на стул на всеобщее обозрение, что было очень кстати. Многие люди пришли посмотреть на нашу писанину и на меня. Стали нести деньги, еду, воду и другие блага.

Некоторые правильно поняли юмор и принесли несколько мешков с углем. Губернатор тоже хотел придти (он учился в России и говорит по-русски), но его не пустили. Тогда он послал людей сфотографировать всё для истории. В общем, власти (теперь уже провинции) вплотную занялись нашим вопросом, что заняло ещё 2 недели.

Теперь нас знал почти весь город. Каждый день мы принимали посетителей с различным дарами. Половина нашей комнаты оказалась засыпанной арахисом, на него был сезон. Наибольшим успехом пользовался Ольгин альбом с фотографиями зимней России. А дело шло к Новому году, и я стал планировать следующее преступление. Так как нам перекрыли доступ в офис (оставили только уличную дверь), я слазил на чердак и обнаружил отверстие в потолке кабинета начальника прямо над его креслом. Мы решили устроить ему новогодний подарок: начерпать в сортире дерьма (у нас была ненужная канистра) и залить через это отверстие его кабинет, покуда хватит сил и дерьма. Но моим сладким мечтам не суждено было сбыться. Самый большой генерал в Киквите решил нас спасти и пожертвовал 120$ на самолёт в Киншасу. Вместе с нами отправилось и внушительное досье, которое начальство состряпало в течение месяца. Самолёт (Ан-24 с русским экипажем) был битком забит товарами, людьми и козами, как автобус в час-пик, но дотянул до столицы.

Итак, 29 декабря нас привезли в главный Иммигрэйшен к большому боссу. Он поведал нам, что нас задержали по ошибке и сейчас отпустят, если мы можем заплатить за отель из расчёта 100$ в день. Так как мы не могли, нас обвинили в бродяжничестве и отвезли в КПЗ, не переставая утверждать, что мы свободны. Мы устроили скандал, требуя позвонить в посольство или отпустить нас, но меня запихнули в камеру, уже забитую, тоже вероятно свободными, задержанными. 95 % жителей камеры оказались мусульманами со всей Африки и др. континентов. Столь продвинутых людей в Конго нам встречать не доводилось. Теперь понятно, почему они все за решёткой. Люди ждут, пока местная мусульманская община соберёт выкуп и освободит их. Мне тут же поведали все мировые новости и другую полезную инфу.

К одному пакистанцу пришли родственники, и я попросил позвонить в посольство и сообщить о нас. Мы уже передавали из Киквита с русскими лётчиками инфу для посольства, но русские, как всегда, отличились и нихрена не сообщили. Сами мы тоже пытались звонить из Киквита, но не дозвонились (номеров было много, но верным был только один). В КПЗ не кормят, еду приносят только родственники и другие сознательные граждане, а также они платят, чтобы войти и кормят всю охрану тоже. По нужде ходят в канистру, а когда она наполняется, одного выпускают вынести. На ночь наиболее состоятельных зэков выпускают (за деньги) из камеры в другие помещения, чтобы спать. В камере можно либо сидеть, либо стоять — места мало. Заплатили и за меня.

Пакистанцы не подвели. Наутро прибыл консул, и начались разборки. Начальник опять сообщил нам, что мы свободны, а они предоставляют нам услуги по проживанию, так как и нас нет денег на отель. А наша виза кончается завтра и надо заплатить за продление 140$ на двоих, или нас будут депортировать обратно в Уганду. Мы были согласны на депортацию в Уганду, но тогда Иммигрэйшен отказался нас отпускать под расписку посольства, и мы должны были остаться в КПЗ. А депортация могла занять с помощью начальника неограниченное время. Пришлось соглашаться на продление. Это обещали сделать за 30 минут, но сделали только 5 января. И шеф Иммигрэйшена всё-таки украл 40$, ведь гос. цена продления 50$ с человека. Консул, хоть и поручился за нас, но в посольство не пустил, пришлось идти без документов искать вписку. Хорошо, нас пустили на прежнее место в кафедрале. Вот так мы обрели свободу 30 декабря, в подарок к Новому году.

Истинную причину нашего ареста выяснить так и не удалось. Но наиболее вероятны две версии.

1. У нас не было разрешения на проезд через алмазные провинции, которые начинаются после Киквита. Оно стоит 250$ с носа, но для транзита оно не нужно. Да мы и не въезжали в эти места.

2. Как нам сообщил американский шпион (мы его встретили в Киншасе), в Киквите находится какая-то секретная база разведки, и всех страннюков держат оттуда подальше.

Ну а по официальной версии никакого ареста не было, а нам предоставляли услуги по проживанию и всячески нам помогали, ведь задача иммиграционной службы — помогать туристам. Граждане! Держитесь подальше от Конго, а то и вам помогут!

Комментарий malcevi от 02.10.2010

К описанию страны, хотел добавить чуть свежей информации. Дорога Бени — Кисангани на сентябрь 2010 года относительно приличная, проходима даже для не полноприводного легкового транспорта на всех этапах, если не ехать непосредственно во время дождя. В дождь для легковушек возможны затруднения на участке Бени — Момбаса. Для грузовиков и полноприводных авто проблем нет в любую погоду. По дороге двигаются в основном грузовики, попадаются автобусы. Частота движения транспорта 8-10 авто в день в каждую сторону. Народ в основном перемещается поверх груза в грузовиках. По дороге штук пять КПП, особо сложные на границе провинций Северное Киву и Ориентале. Трудно объяснить цель визита в Конго, слово турист вызывает ухмылку и подозрение в шпионаже у властей. Наличие визы не гарантирует беспрепятственного въезда в страну и въезда вообще. По обстановке на востоке сказать тяжело, все быстро меняется, повстанцы скрываются где-то в лесах под Кисангани по одним сведениям, по другим они в районе Руандийской и Угандийской границы, но скорее всего везде. Все кому надоела голодная жизнь уходят в леса. Ситуация может ухудшиться после планируемого вывода войск ООН в 2011 году. Страна богатая ископаемыми, поэтому развитие идет, несмотря, на сложную обстановку. Пункты Вестерн Юнион в большом количестве, электричество в городах, в Бени свежий асфальт на протяжении всего города на центральной улице, в Гоме куча баров и дискотек, есть даже казино, открытое русскими для ООНовцев, русских пилотов и геологов. Старые советские самолеты и прочий хлам запретили к посадке в большинстве аэропортов страны.

За доллар на сентябрь 2010 дают 900 франков. Цены для иностранцев называют в долларах, если платишь франками, считают тоже по курсу 900.

Комментарий Геолога Павла от 27.01.2011

Виза в ДРК получается в течение получаса в посольстве в Москве и стоит 14600 рублей — срочная, если хотите получить ее завтра — то цена ниже на 1тыс.рублей/ От вас достаточно одной фотографии и заполнения на месте простенькой анкеты(которую потом никто не читает) Главное — дать деньги.

И это главное в этой стране. Проработав в различных районах страны наездами в течение последних трех лет — могу сказать что приведенные на сайте описания страны и ситуации являются в достаточной степени академическими и не отражают реальную картину.

Во-первых и это главное — ЭТО СТРАНА НЕ ДЛЯ ТУРИЗМА!!! ЗАБУДЬТЕ!!

Второе — тотальная коррупция!!! Как пример — местная или иностранная компания перечисляет налог на счета местных налоговых служб — сумма дальше банально «распиливается» по цепочке от низшего менеджера и наверх в понятных всем пропорциях. Как пример состояние нынешнего губернатора Катанги около 1 млрд долларов — и это по официальным декларациям. Местные менты зарплат не получают — только льготы, продуктовый паек и оружие с патронами и имеют право наниматься на работу в любые частные компании для «охраны».

Рассказывать можно много и долго — особенно про северо-восточные районы, где мне довелось работать и еще доведется. Районы золотодобычи, контролируются госкомпанией ОКИМО(это они так думают). В реальности — каждая деревушка с населением до 10 тыс. человек имеет собственную администрацию с собственной вертикалью власти — шеф деревни(потомственный вождь)- полицейский представитель — офицер вооруженных сил. Последний является самым главным командиром жизни на вверенной ему территории, с которой он кормится, и очень неплохо кормится. Я дважды специально интересовался у таких офицеров (в звании не ниже подполковника по нашему) о их образовании и в обеих случая получал ответы — национальное военное училище+ элитный военный колледж в Ливенуорте(США) который заканчивали все министры обороны США и плюс дополнительное военно образование в Бельгии или Франции. Вот и сидят они здесь имея среднемесячный доход около 300-350тыс/долларов и соответственно направляя большую часть денег и золота наверх. Местное население не имеет права покинуть деревню(только за мелкую взятку шефу и полицейскому чтобы сходить в гости к родственникам в соседнюю). Местные коммерсанты тягают благородный набор колониальных товаров на велосипедах, мотоциклах и что реже — на убитых пикапах по убитым дорогам. Максимальная зарплата местного работника — 2 доллара в день и если приобретать импортные продукты — то вечно будешь полуголодным на такие деньги. Тотальное употребление легких наркотиков также в ходу — курят какую-то местную дрянь, называя ее «шамвр». С другой стороны — убитые колониальные плантации дают какие-то продукты. Народ настолько ленив, что на экваторе собирает всего один урожай картофеля в год и когда я спросил — как они его растят на меня посмотрели как на белого идиота — картошку только «откапывают», а сажать ее никто и не думает — выросла — хорошо, нет — ну на нет и суда нет. Мелкая местная живность — козы, куры и реже свиньи и бараны предоставлены самим себе и живут в деревне поскольку это безопаснее чем в джунглях или саванне — так как там их быстрее сожрут, а здесь — тихо и без пафосной охоты. Бывает — по ночам в деревушки заходят голодные львы из округи — забирают, то что менты не забрали — порычат и уходят, но это нечасто. Кстати коз здесь не доят — а только едят козлятину. Крокодилов в речках на севере практически не осталось — местные все сожрали. Бедную двухметровую гадюку — которая не успела выбраться из шурфа при мне забили лопатами и отправили на мангал. В общем за 50 лет после ухода бельгийцев — тотальная разруха и кое-как, кое-где что-то делают. И как последний пример — в 2009 г. в декабре все информагентсва облетело сообщение о атаке местных повстанцев на деревню в которой убили 500 человек и увели в рабстве 400. Так вот — в момент этой «атаки» и после я находился именно в этой деревушке и надо заметить — ничего не видел, а когда по сатфону вошел в инет — велико было мое изумление. На вопрос к местным властям — а где собственно произошли все эти ужасы — мне бло отвечено — ну типа — вы же умный и все понимаете. Я понял, что запасы гуманитарки для продажи заканчиваются и пора получать следующую инъекцию.

Ну а народ местный — в целом — весьма дружелюбный, гостеприимный несколько даже пуританский (так как везде есть священники и приходы католической церкви) но невероятно дремучий.

Ну а то что написано предыдущими путешественниками насчет повсеместного выпрашивания денег — правда. Плюс — самый выгодный бизнес повсеместно в Конго — создание проблем для иностранца и соответственно их разрешение. Если вы даете деньги полицейскому — скажем 100—200 долларов и без официальных на то причин и бумаг — 100 % вас тут же после получения денег обвинят в попытке коррумпировать чиновника и за решение вопроса запросят другую сумму(это зависит от того на сколько вы выглядите) и сумма может быть от 2х тысяч до 50 тыс. долларов, а иначе — могут упаковать в местный зиндан и навешать всех собак. В — общем страна явно не для туристов и если вы не имеет связей и возможностей поддержки от первой десятки лиц государства или локальной власти — то вы просто чья-то булка с маслом.

Совет для тех, кто все таки решится просто попутешествовать — сразу нанимайте вооруженную охрану — парочку автоматчиков и найдите русскоговорящего местного если вы не владеете французским, суахили, лингала или чилуба. Будет проще и запаситесь суммой впятеро превышающей необходимую для отдыха на Лазурном берегу в Каннах.